Zur Text-Uebersicht - Zur Homepage der Slavistik


19. Чехов, А.: Мой домострой.



Quelle:Чехов, А. П. Собрание сочинений, т. 4, Рассказы. 1886. Москва: Государственное издательство художественной литературы 1955, стр. 471 - 473

Satirische Kurzgeschichte.
556 Woerter.

Schriftsteller beschreibt seinen Tagesablauf in satirischer Ueberhoehung, in dem sein „Personal“ (Frau, Schwiegermutter, Schwaegerin) rund um die Uhr zu seiner Bedienung, Unterhaltung, Lobpreisung und Geldbeschaffung zur Verfuegung zu stehen hat. Geduld und Unterwuerfigkeit der Frauen. Grenzenloser Egoismus eines Kuenstlers, der vor Verletzung der Menschenwuerde nicht haltmacht.
 

Утром, когда я, встав от сна, стою перед зеркалом и надеваю галстук, ко мне тихо и чинно входят тёща, жена и своячница. Они становятся в ряд и, почтительно улыбаясь, поздравляют меня с добрым утром. Я киваю им головой и читаю речь, в которой объясняю им, что глава дома - я.
- Я вас, ракалии1, кормлю, пою, наставляю, - говорю я им, - учу вас, тумбы, уму-разуму, а потому вы обязаны уважать меня, почитать, трепетать, восхищаться моими произведениями и не выходить из границ послушания ни на один милиметр, в противном случае... О, сто чертей и одна ведьма, вы меня знаете! В бараний рог согну2! Я покажу вам, где раки зимуют3! и.т.д.
Выслушав мою речь, домочадцы выходят и принимаются за дело. Тёща и жена бегут в редакции со статьями: жена в “Будильник“, тёща в “Новости Дня“ к Липскерову. Своячница садится за переписку начисто моих фельетонов, повестей и трактатов. За получением гонорара посылаю я тёщу. Если издатель платит туго, угощает “завтраками“4, то прежде, чем посылать за гонораром, я три дня кормлю тёщу одним сырым мясом, раздразниваю её до ярости и внушаю ей непреодолимую ненависть к издательскому племени; она, красная, свирепая, клокочущая, идёт за получкой, и - не было случая, чтобы она возвращалась с пустыми руками. На её же обязанности лежит охранение моей особы от назойливости кредиторов. Если кредиторов много, и они мешают мне спать, то я прибиваю тёще бешенство по способу Пастера и ставлю её у двери: ни одна шельма не сунется!
За обедом, когда я услаждаю себя щами и гусём с капустой, жена сидит за пианино и играет для меня из “Боккачио“, “Елены“ и “Корневильцких колоколов“, а тёща и своячница пляшут вокруг стола качучу. Той, которая особенно мне угождает, я обещаю подарить книгу своего сочинения с авторским факцимиле5 и обещания не сдерживаю, так как счастливица в тот же день каким-нибудь поступком навлекает на меня мой гнев и таким образом теряет право на награду. После обеда, когда я кейфую6 на диване, распространяя вокруг себя запах сигары, своячница читает вслух мои произведения, а тёща и жена слушают.
- Ах, как хорошо! - обязаны они восклицать. - Великолепно! Какая глубина мысли! Какое море чувства! Восхитительно!
Когда я начинаю дремать, они садятся в стороне и шепчутся так громко, чтобы я мог слышать:
- Это талант! Нет, это - необыкновенный талант! Человечество многое теряет, что не старается понять его! Но как мы, ничтожные, счастливы, что живём под одной крышей с таким гением!
Если я засыпаю, то дежурная садится у моего изголовья и веером отгоняет от меня мух.
Проснувшись, я кричу:
- Тумбы, чаю!
Но чай уже готов. Мне подносят его и просят с поклоном:
- Кушайте, отец и благодетель! Вот варенье, вот крендель... Примите от нас посильный дар...
После чая я обыкновенно наказываю за проступки против домашнего благоустройства. Если проступков нет, то наказание зачитывается в счет будущего. Степень наказания соответствует величине проступка.
Так, если я недоволен перепиской, качучей или вареньем, то виновная обязана выучить наизусть несколько сцен из купеческого быта, проскакать на одной ноге по всем комнатам и сходить за получением гонорара в редакцию, в которой я не работаю. В случае непослушания, или выражения недовольства, я прибегаю к более строгим мерам: запираю в чулан, даю нюхать нашатырный спирт и проч. Если же начинает бушевать тёща, то я посылаю за городовым7 и дворником.
Ночью, когда я сплю, все три мои домочадцы не спят, ходят по комнатам и сторожат, чтобы воры не украли моих произведений.
 


Лексика
1 - ракалии - ругательное обращение
2 - согнуть в бараний рог - уничтожить кого-либо
3 - - показать, где раки зимуют - показать свою силу
4 - завтраками угощать - делать обещания и не выполнять их
5 - факцимиле - точное воспроизведение рукописи
6 - кейфовать - наслаждаться
7 - городовой - в царской России: низший чин городской полиции
 


А. П. Чехов (1860-1904)


Свою литературную деятельность Чехов начал в трудные 80-е годы. Первое время он печатался в юмористических жураналах, невзыскательные читатели которых были уже приучены к банальным сюжетам о злых тёщах и “дачных“ мужьях.
В раннем творчестве писатель выступал против превращения человека в раба. В изменившихся исторических условиях он начинает предъявлять к своим героям более высокие требования, обвиняя не только социальную среду, но и самих героев в утрате человеческого достоинства, в рабской покорности и приниженности. Чехов широко использовал яркие детали, знаменательные фамилии, профессиональную лексику, необходимую для создания комических эффектов, элементы пародии (“Тонкий и толстый“, “Хамелеон“ и др.)
В художественном творчестве Чехов второго периода усиливается выражение поэтического, лирического начала. Писатель обращается к изображению людей, противостоящих миру, в котором господствует ложь, бездуховность (“Анюта“, 1886, “Тоска“, 1886 и др.). Одно из видных мест занимает детская тема: для Чехова естественное детское сознание было одним из способов критики человеческой несправедливости, искажённых человеческих отношений.
Поездка Чехова на Сахалин в 1890 году, где писатель ищет ответ на вопрос: как быть и что делать передовой интеллигенции в затхлой тюремной обстановке, раскрывает философскую проблематику в его произведениях (“Дуэль“, “Учитель словесности“и др.).
Конец XIX и начало XX вв. - время расцвета творчества Чехова (“Дом с мезонином“, “Моя жизнь“ и др.). В новых произведениях писателя, поднимающих важные социально-филлософские и идейно-нравственные проблемы эпохи, усиливается вера в человека, в его способность пробудиться к лучшей жизни.
На протяжении всей своей творческой деятельности Чехов выступал и как драматург (“Иванов“, 1889; “Чайка“, 1896; “Вишнёвый сад“, 1903 и др.). Новаторство чеховских пьес проявляется в том, что они строились не на остросюжетном драматическом действии, а на углубленном психологическом анализе характеров.

Из: М. В. Теплинский. История русской литературы
XIX века. Киев, 1991


Zur Text-Uebersicht - Zur Homepage der Slavistik
Copyright © Juli 1998 Universitaet Potsdam, Fachdidaktik Russisch
[Letzte Aktualisierung:  ]